» Спор вокруг замороженных ETH: жертвы терактов против вкладчиков rsETH Дата публикации:05.05.2026, 13:19 213 213 Скопировать Поделись с друзьями! Семьи, добившиеся судебных решений против КНДР, хотят получить 30 765 ETH, замороженных после эксплойта rsETH. Они ссылаются на связь атаки с хакерской группой Lazarus, поддерживаемой Северной Кореей. Делегаты Arbitrum DAO решают, как поступить: стоит ли высвобождать 30 765 ETH, замороженные после эксплойта rsETH в прошлом месяце, для скоординированных усилий по восстановлению. Но на форуме появился адвокат жертв северокорейского терроризма и заявил, что это невозможно сделать в текущей ситуации.
ETH были украдены у владельцев токенов с рестекингом (репрезентативный токен ETH, заблокированный на другой платформе для получения фиксированной доходности) во время эксплойта моста Kelp DAO 19 апреля. Ранее этот инцидент считался крупнейшим взломом DeFi в 2026 году.
Пост, сделанный адвокатом Чарльзом Герштейном, выступает в качестве запретительного уведомления по законодательству штата Нью‑Йорк. Адвокат действует от имени трех групп кредиторов, владеющих исками на сумму около $877 млн, против Корейской Народно‑Демократической Республики.
Претензии, лежащие в основе этого заявления, существуют уже более 10 лет. Одна из них связана с резней в аэропорту Лод в Израиле в 1972 году, когда боевики убили 26 человек, в том числе 17 пуэрториканских паломников. Американский суд позже установил, что нападение было поддержано Северной Кореей.
Другой случай касается преподобного Ким Дон Шика, постоянного жителя США, похищенного недалеко от границы с Китаем в 2000 году и позже убитого в заключении в КНДР. Третий связан с войной между Израилем и «Хезболлой» в 2006 году, когда федеральный судья установил, что Пхеньян поставлял оружие и проводил обучение, использовавшееся при ракетных обстрелах.
Истцы выиграли свои дела, но Северная Корея так и не заплатила по искам. Поскольку суверенные активы фактически невозможно конфисковать, семьи потерпевших потратили годы на поиски любой северокорейской собственности, которую они могли бы взыскать на законных основаниях, чтобы удовлетворить свои судебные решения.
В заявлении Герштейна утверждается, что, поскольку власти США связали хакерское подразделение Lazarus Group, ответственное за эксплоит, с северокорейским государством, 30 765 ETH, замороженные Советом безопасности Arbitrum, могут быть квалифицированы как собственность Северной Кореи в соответствии с правоприменительным законодательством США.
Если суд примет эту формулировку, семьи с неоплаченными судебными решениями получат приоритетное юридическое право на эти средства перед вкладчиками rsETH, которые изначально владели токенами.
В материалах Герштейна указаны три основных дела: Кальдерон‑Кардона, Ким и Каплан, с исполнительными листами на общую сумму около $877 млн.
Используемый правовой инструмент — CPLR §5222(b), механизм правоприменения штата Нью‑Йорк, который позволяет кредиторам замораживать активы, просто направив запретительное уведомление, без предварительного получения нового постановления суда (хотя впоследствии получатель может его оспорить).
После вручения уведомления получателю запрещается перемещать активы на срок до года или до вынесения решения. Игнорирование этого требования может привести к обвинению в неуважении к суду — той же категории правонарушений, которая применяется, когда кто‑то игнорирует постановление судьи.
Сложность здесь в том, что Arbitrum DAO не является компанией с четким юридическим статусом. Это означает, что риск связан не с самим DAO, а с тем, кого суд в итоге признает контролирующим замороженный ETH.
Представленная теория подачи документов и правовая аргументация вызвали негативную реакцию в той же ветке форума. Делегат Зептимус заявил, что юридическая предпосылка ошибочна, написав, что ETH «не является собственностью, в которой КНДР имеет интерес… Это украденная собственность», и добавив, что в соответствии с основным законом о собственности «вор не получает никакого титула».
С этой точки зрения средства принадлежат первоначальным вкладчикам rsETH, и предлагаемая попытка восстановления — не перераспределение, а возврат активов их законным владельцам. Зептимус пишет, что блокирование этого процесса «перекладывает стоимость долга КНДР на другую группу жертв, которые сами были ограблены».
Делегаты работали над поиском компромиссов. Компания Entropy Advisors призвала проголосовать «за», подчеркнув, что пользователи Aave несут ежедневные процентные расходы из‑за заблокированных позиций. Axia подняла вопрос о том, будет ли продукт Arbitrum Captive Insurance покрывать делегатов, если что‑то пойдет не так.
Иск Герштейна значительно обостряет этот вопрос: одно дело — покрытие обычной ответственности делегата, другое — последствия, связанные с реальными действиями правоохранительных органов и судов.